Алхимия. Правда и ложь

Алхимия. Правда и ложь

В целом, алхимия изначально — общее название существующих в различных культурах систем трансформации физических предметов (в первую очередь металлов) или человеческого организма.

Обращаясь к теме алхимии, мы то и дело поднимаем со дна истории килограммы ила мифов и легенд. Не наша в том вина, что это самое дно покрыто такие слоем исторического незнания – проблема уходит глубоко в прошлое и затрагивает как и средневековый мистицизм, так и загадки нового времени. Давайте попробуем разобраться, что такое алхимия, чего добивались представители ушедшей профессии и какие последствиях этой псевдонауки оказали влияние на развитие технологий современного мира.
Само название «алхимия» таит в себе множество загадок. Известно латинское слово alchimia, alchymia, от араб. خيمياء‎‎ al-kîmîa, предположительно от египетского «kēme» — черный. К слову, от этого же слово пошло греческое название Египта — «черная земля». Так же, есть вариант происхождения слова от древне-греческого χυμος — «сок», «эссенция», «влага», «вкус», и слова χυμα — «сплав (металлов)», «литье», «поток». Так же туда примешалось слово χυμευσις — «смешивание», и мифологическое животное – Химера – Χιμαιρα.

История краеугольного камня

История становления алхимии уходит в античность, и представляет собой форму ритуального герметического искусства. В большой степени алхимия базируется на учении о 4 первоэлементах Аристотеля. Основными объектами изучения александрийской химии (термин «алхимия» появится позже у арабов) являлись металлы. В александрийский период сформировалась традиционная металлопланетная символика алхимии, в которой каждому из семи известных тогда металлов сопоставлялась соответствующая планета или звезда:
• серебро — Луна,
• ртуть — Меркурий,
• медь — Венера,
• золото — Солнце,
• железо — Марс,
• олово — Юпитер,
• свинец — Сатурн.
Как мы видим, действительно, все известные металлы прировняли к планетам и звездам (то есть, богам, по своей сути). Впрочем, если Вы когда-нибудь видели работу ювелира или плавильщика – Вам бы стал понятен интерес алхимиков именно к металлам. Когда твердое как камень вещество превращается в нечто жидкое и подвижное… Одним словом – это завораживает.
После падения Римской империи центр алхимических исследований перемещается на Арабский Восток, и арабские учёные становятся главными исследователями и хранителями античных трудов.
Большой вклад в развитие алхимии внес арабский ученый Джабир ибн Хайян. Он развил теорию Аристотеля о первоначальных свойствах веществ (тепле, холоде, сухости, влажности), добавив ещё два: свойство горючести и «металличности». Он предположил, что внутреннюю сущность каждого металла всегда раскрывают два из шести свойств. Например, свинец — холодный и сухой, золото — теплое и влажное. Горючесть он ассоциировал с серой, а «металличность» с ртутью, «идеальным металлом».
Согласно учению Джабира, сухие испарения, конденсируясь в земле, дают серу, мокрые — ртуть. Сера и ртуть, соединясь затем в различных отношениях, и образуют семь металлов: железо, олово, свинец, медь, ртуть, серебро и золото. Золото как совершенный металл образуется, только если вполне чистые сера и ртуть взяты в наиболее благоприятных соотношениях. Таким образом, он заложил основы ртутно-серной теории. Эти принципы объясняли все характерные физические свойства металлов (ковкость, горючесть и пр.) и обосновывали возможность трансмутации.
Джабир ибн Хайян также ввел представление о философском камне, как о некой субстанции, которая может изменить соотношение ртути и серы в любом металле и превратить его в золото и одновременно исцелять все болезни и давать бессмертие, а также о гомункуле, развил учение о нумерологии, связав арабские буквы с названиями веществ.
Другой арабский учёный Ар-Рази в конце IX века усовершенствовал теорию о первоначальных элементах, добавив ещё одно свойство металлов, «принцип твёрдости», которую он ассоциировал с солью.
Но, нам всем больше известны алхимики их средневековой Европы – эдакие прародители сумасшедших ученых и «Франкенштейнов» местного пошиба.
Люди, знакомые с различными мистическими трудами, несомненно знают имя Альберта Великого, которого считают отцом Европейской Алхимии. Его рукой были написаны такие книги как «Пять книг о металлах и минералах» и «Малый алхимический свод».
Но, заслуга Альберта Великого была не столько в написании трудов и воспитании своего ученика Фомы Аквинского, сколько в продвижении теории о том, что греческая и арабская наука совместима с христианской доктриной. Можно говорить об успехе его теории, так как первым европейским алхимиком считается монах-францисканец Роджер Бэкон (1214—1294). Кстати, как ни странно, но Роджера Бекона очень часто путали с другим англичанином – Френсисом Беконом. И даже после нескольких серьезных исторических трудов, целью которых являлось разграничение этих двух личностей, до сих пор можно услышать, что Френсис Бекон был философом и алхимиком. Так или иначе, из-под пера Роджера Бекона вышли знаменитые трактаты «Зеркало алхимии» и «О тайнах природы и искусства и о ничтожестве магии». Название последнего произведения говорит о весьма напряженных отношениях, казалось бы, похожих дисциплин алхимии и магии. Утверждение, что алхимики и «уличные клоуны», как они называли различных магов и мистиков своего времени были не в ладах между собой, звучит довольно забавно, учитывая тот факт, что в 14 веке алхимиков, обвиненных в колдовстве, сжигали на кострах. Но, каким бы боком к нам не поворачивалась история, факт остается фактом: алхимики считали всех мистиков, колдунов и ведьм ничтожными фокусниками и шарлатанами.
Но, вернемся к фактам. Рождер Бекон провел множество эксперементов с селитрой, результатами которых стала формула черного пороха (как мы знаем, черный порох состоит из селитры, серы и черного угля).
В XIV—XVI вв. алхимия все теснее связывала свои цели с задачами практической металлургии, горного дела, медицины.
Наиболее значительный вклад в этот период совершил Парацельс. Он отказался от некоторых оккультных черт алхимии и сосредоточился на проведении физических и химических экспериментов, а также изучении свойств человеческого тела. Парацельс впервые начал использовать химические вещества и минералы в медицине. [8]
В то же время возможность получения золота способствовала росту числа шарлатанов и мошенников, стремившихся завладеть бесценными сокровищами. Кроме того многие алхимики (настоящие или мнимые) стали пользоваться поддержкой властей. Так, многие короли содержали (Генрих VI (король Англии), Карл VII (король Франции)) придворных алхимиков, ожидая от них рецепта получения золота.
Император Рудольф II был покровителем странствующих алхимиков, и его резиденция представляла центр алхимической науки того времени. Императора называли германским Гермесом Трисмегистом. Курфюрст Август Саксонский и его супруга Анна Датская лично проводили опыты: первый — в своем дрезденском «Золотом дворце», а его супруга — в роскошно устроенной лаборатории на своей даче «Фазаний сад». Дрезден долго оставался столицей государей, покровительствующих алхимии, особенно в то время, когда соперничество за польскую корону требовало значительных денежных расходов. При саксонском дворе алхимик Иоганн Бёттгер, не сумевший сделать золото, первым в Европе изготовил фарфоровые изделия.
Упадок алхимии начинается с XVI в., несмотря на то, что и в XVII и в XVIII в. некоторые учёные оставались приверженцами алхимических идей.
Принципы и идеи алхимиков
Но, не так любопытна история алхимии, как ее идеи и принципы. Ведь именно идея «Философского камня» будоражит умы стран Азии, Европы и Африки вот уже более тысячи лет.
Целью алхимиков во всех культурах является осуществление качественных изменений внутри одушевлённого или неодушевлённого предмета, его «перерождение» и переход «на новый уровень».
Алхимию, занимающуюся получением золота, составлением препаратов и снадобий, «пилюль бессмертия», изучением глубинной (оккультной) сущности веществ и химических реакций называют внешней алхимией.
Трансмутацией духа, достижением абсолютного здоровья или даже бессмертия при помощи определенных упражнений — внутренней алхимией.
В рамках внутренней алхимии человек или его отдельные материальные и нематериальны компоненты (сознание, тело, дух, душа, отдельные энергии и т.п.) рассматриваются как субстанции, обладающие определёнными химическими и физическими свойствами, с которыми можно производить операции, описываемые на языке химических превращений. Параллельно основной — химической — метафоре часто развиваются другие символический ряд; особенно богата в этом отношении европейская алхимия. Так например, философский камень именовался как «красный лев», «великий эликсир», «философское яйцо», «красная тинктура», «панацея», «жизненный эликсир» и пр.
Все без исключения алхимические учения отличаются таинственностью и секретностью, что часто давало повод к их превратному пониманию. Однако Магические обряды, ритуальные действия, заклинания рассматривались как способ влияния на природные и божественные силы, которые могли помочь в осуществлении мистического творения, то есть превращения одного вещества в другое (трансмутация, тетрасомата и пр.).
Превращения обоснованы наличием первоматерии, первоначальных элементов: четырёх в западной традиции (огня, воды, земли и воздуха) и пяти в восточной (огня, воды, земли, воздуха и дерева).
В европейской алхимии между первоматерией и отдельными порождёнными ею материальными телами лежат два промежуточных «звена».
Первое звено — это всеобщие качественные принципы мужского (сера) и женского (ртуть) начал. В XV веке к ним добавили ещё третье начало — «соль» (движение).
Второе звено — это состояния, качества, свойства первоэлементов: земля (твёрдое состояние тела), огонь (лучистое состояние), вода (жидкое состояние), воздух (газообразное состояние), квинтэссенция (эфирное состояние).
В результате взаимодействия качественных принципов (начал) и состояний первоэлементов можно осуществлять любые трансмутации веществ.
Во всех алхимических традициях исключительную роль играет ртуть и её сульфид — киноварь (HgS), которые порой даже дают название всей алхимической системе, как, например, «расаяна» (один из смыслов — «колесница ртути», «учение ртути») — индийская алхимическая традиция, «дань (цинь)» («(искусство) киновари») — название даосской алхимии. В европейской алхимии слово, обозначающее ртуть, совпадает с именем покровителя алхимии — Меркурия (бога и планеты) и её легендарного основателя (Гермеса Трисмегиста).
Кроме того, используются сера, 6 традиционных металлов (свинец, железо, медь, олово, серебро, золото), соединения мышьяка (прежде всего аурипигмент и реальгар), сурьма, селитры, щелочи и некоторые другие неорганические соединения и органические соединения. В китайской, индийской и тибетской алхимии также драгоценные камни и травы.
Во всех алхимических системах важное значение имеют идеи:
• очистки и концентрации участвующих в работе веществ или вещества путём прокаливания, переплавки, амальгамирования, дистилляции;
• священного брака, соития мужского и женского принципов, соединения противоположностей.
Последняя в европейской алхимии имеет форму «химической свадьбы», «королевского брака», соития брата и сестры, Солнца и Луны, Гермафродита и Салмакиды, самца и самки разных животных и т. д., в индийской — союза Шивы и Шакти, в китайской — соединения дракона и тигра или встречи Пастуха и Ткачихи (Небесной Девы).
Для александрийской, арабской и европейской алхимических традиций крайне важную роль играет также идея смерти (обычно в форме убийства) и воскресения (воскрешения).
Алхимики алчны или честолюбивы?
Как мы видим, теории трансмутации, фильтрации и дистиляции различных веществ была крайне важны для исследователей того времени.
Но, когда мы говорим слово «Алхимик» мы сразу делим их на «алчных» и «честолюбивых». То есть на тех, кто хочет получить философский камень, что бы добывать золото и тех, кто хочет завладеть им ради бессмертия. На самом деле, это большая ошибка, так как ни один алхимик не гонялся за краеугольным камнем ради золота. Трансмутация была лишь знаком того, что эксперимент удался, и что теперь можно готовить эликсир совершенного здоровья (а не бессмертия, как многие думают). Но, это вовсе не значит, что ученые не пользовались этим свойством, разумеется, если допустить, что философским камень был создан. Например, небезызвестный алхимик Николя Фламель неожиданно для всех разбогател и купил несколько престижных домов в Париже. Откуда у него взялось столько финансов, несомненно, загадка. Еще один миф состоит в том, что философский камень это такой полупрозрачный красноватый камень, прям точно такой же как достал из кармана Дениел Редклиф в известном фильме. Могу разочаровать всех поклонников творчества Джоан Роулинг – в большинстве случаем краеугольный камень описывается как «желтоватый порошок без запаха», который, к тому же, обычно заворачивали в теплый воск, что бы он лучше растворялся в металлах.
Что же дал современный науке феномен алхимии?
Ну, прежде всего, конечно, накопленные естествонаучные знания. Именно они позволили сформироваться таким наукам как медицина, химия и физика. Можно сказать более, почти вся алхимическая аппаратура до сих пор не терпит существенных изменений. В современных лабораториях можно встретить реторты, перегонные кубы, колбы и охладители. Почти все это было изобретено за полторы тысячи лет существования алхимии. Еще одним любопытным отголоском этой псевдонауки стало исследование Карла Юнга в начале 20 века.
Он предположил, что алхимическая философия представляла собой «протопсихологию», нацеленную на достижение индивидом индивидуации или попытку духовного развития, которая достигается, в частности, в результате Великого Делания [11] [12]. Уробороса Юнг считал символом бессмертия и одним из основных алхимических архетипов. Поиск философского камня был стремлением научиться обращаться со смертью, а процесс его изготовления Юнг сравнивал с этапами становления личности.
Следует отметить, что Юнг не был пионером в рассмотрении алхимии в свете психоанализа. Первым такой подход предложил Итан Аллен Хичкок ещё в XIX в. Затем, Херберт Зильберер, ученик Зигмунда Фрейда, рассмотрел поздний алхимический трактат «Парабола» в связи с «Эдиповым комплексом». Однако именно подход Юнга, с учением о коллективном бессознательном, достиг наибольшей популярности и обрёл последователей.
Алхимия также «вместила в себя» идеи гностицизма, которые формально до начала Эпохи Возрождения находились в забвении. Теория Юнга была поддержана другими исследователями, например Стефаном А. Хёллером, Вальтером Пагелем, Марией-Луизой фон Франц и др.