Последний союзник Сирии

Последний союзник Сирии

Ситуация, сложившаяся в Сирии, стала ключевым компонентом мировой политики, особенно после двух голосований в Совете Безопасности ООН. США и их союзники по НАТО стремятся максимально ослабить режима Башара Асада и превратить Сирию в своего рода Афганистан для Ирана. И дело не только в ядерной программе Тегерана, вопрос стоит намного более серьёзно — станет ли Иран региональной державой или нет. С другой стороны, Саудовская Аравия и Катар делают всё возможное, чтобы сместить президента Сирии и привести к власти своих ставленников. Причём ваххабитский Катар, разыгрывая свою козырную карту, делает ставку на «Братьев-мусульман». Но надо отчётливо понимать, что само требование смены режима в Сирии в качестве предварительного условия урегулирования конфликта в этой стране — путь к полномасштабной гражданской войне. Именно поэтому Москва и Пекин наложили вето на резолюцию Совбеза ООН по Сирии.

В Москве и Пекине опасаются повторения в Сирии ливийского «сценария», когда при санкционированной ООН поддержке войск НАТО и с разрешения Совета Безопасности оппозиция смогла свергнуть режим полковника Каддафи, но стабильность восстановить не удалось.

Особо следует отметить позицию Китая. Не исключено, что голосование в унисон России и Китая по сирийскому вопросу в Совете Безопасности ООН стало проявлением стратегического альянса, достигнутого в ходе недавнего визита Владимира Путина в Пекин. Эта жёсткая линия России и Китая привела к тому, что позиция европейских стран, в частности, Франции, в отношении Сирии стала более осторожной и не столь агрессивной. Поступает информация, что и Турция после жёсткой конфронтации в Совете Безопасности отказалась от разработки разных вариантов «бесполётной зоны» для защиты сирийских повстанцев и создания на своей территории военных баз сирийской оппозиции.

Тем не менее обстановка в Сирии остаётся чрезвычайно сложной. У сирийского государства достаточно сложная структура власти, и режим Асада опирается на три основные силы: это алавиты, составляющие костяк армии и спецслужб, и богатейшая буржуазия двух крупнейших городов Сирии — Дамаска и Алеппо.

При этом армия безоговорочно поддерживает Асада, который предоставил генералитету большие экономические возможности для ведения частного бизнеса.

Что касается сирийской оппозиции, то это довольно разнородная компания, основу которой составляют джихадисты, «Братья-мусульмане» и интеллигенция, большая часть которой проживает за границей.

В основе нынешнего кризиса лежат острые социальные проблемы, которые затрагивают прежде всего наиболее обездоленные слои населения. Речь, конечно, идёт и об ошибках и преступлениях ряда представителей режима, порой крайней жестокости правоохранительных органов в отношении недовольных, коррупции. В Сирии практически невозможно вести мелкий и средний бизнес без «санкции» силовиков, некоторые из которых действуют вне рамок закона. Сирийские спецслужбы и полиция применяют весьма жёсткие методы. Толчком для начала нынешних событий в Дераа послужил арест группы школьников, писавших антиправительственные лозунги на стенах и заборах. Люди вышли на улицы с требованием освободить их. Неадекватные действия полиции привели к массовым волнениям, которые не стихают до сих пор.

В настоящее время в антиправительственные выступления в той или иной степени вовлечено около пяти — семи миллионов человек, симпатизирующих оппозиционерам. Для 23-миллионного сирийского населения это много, так что существует реальная опасность радикального раскола общества. Гражданская война — это крайняя форма противостояния в любой стране с непредсказуемыми последствиями. Большинство людей в Сирии понимают опасность гражданской войны, способной перерасти в межконфессиональную между шиитами, суннитами, христианами. Проблема состоит и в том, что у оппозиции нет внятной полити ческой программы, нет общенационального лидера. Так что не совсем понятно, с кем Асад должен вести диалог и кому уступить власть. Представляется, что Асад окончательно возьмёт ситуацию под контроль, уничтожив очаги сопротивления вооружённой оппозиции.

Большая часть участвующих в военном конфликте в Сирии — это «солдаты удачи», джихадисты из Ирака, Ливии, Иордании, Саудовской Аравии, По разным оценкам, их приблизительно две—три тысячи человек. Они используют высокотехнологичное оружие, в частности, автоматическое оружие, специально разработанное для ведения огня в городе, системы ночного видения, современные средства связи и так далее. Именно от рук наёмников погибло много солдат сирийской армии. Недавно о присутствии боевиков «Аль-Каиды» в рядах вооружённой сирийской оппозиции заявили один из руководителей американских разведслужб Джеймс Кларк и министр обороны США Леон Панетта.

Есть ещё и «Свободная сирийская армия» общей численностью 600 человек, сформированная из числа дезертиров и перебежчиков. Всех их финансируют и вооружают Катар и Саудовская Аравия. Часть вооружений поступает через американскую военно-воздушную базу «Аль Удейд» в Катаре. По имеющимся данным, есть в Сирии и подразделения британского спецназа, которые непосредственно в боевых действиях участия не принимают, а выступают в качестве советников сирийских повстанцев, ведут разведку и рекогносцировку.

Важнейшим компонентом нынешнего противостояния в Сирии является информационно-психологическая война. Вооб ще доверие вызывает всего лишь процентов пять всей информации, которая идёт по каналам «Аль-Арабия», «Аль-Джазира», в западных СМИ, различного рода газетах и телевидении стран Персидского залива. Вот характерный пример. Руководство ЛАГ сместило с должности главу миссии своих наблюдателей в Сирии суданского генерала аль-Даби, который давал адекватную информацию с места. В своих регулярных докладах о работе миссии в Сирии генерал указывал на сотрудничество с наблюдателями сирийских властей, на успешность их работы, а также на то, что против сирийских военных действительно действуют боевики и наёмники.

Но доклады аль-Даби вызывали резкое недовольство сирийской оппозиции, обвинявшей миссию в «необъективном отражении событий» в Сирии, а также ряда арабских государств — членов ЛАГ. ЛАГ не нужна правдивая информация, самые активные на сегодня страны Лиги — Саудовская Аравия и Катар — желают получить от следующей миссии наблюдателей в Сирии «доказательства» преступлений «кровавого режима» Башара Асада. Именно того, что не представил им честный генерал.

В конечном итоге Катар обратился к суданскому президенту Омару аль-Баширу. Ваххабитский эмират предоставил денежное пожертвование Судану — одной из самых бедных стран в мире — в обмен на уход генерала аль-Даби. После перевода двух миллиардов долларов суданский президент отозвал генерала в Хартум.

Как видим, сирийский кризис — сложный компонент долгосрочной геополитической игры. И от того, как будут разворачиваться события в Сирии, зависит не только региональный, но и глобальный баланс сил.

Ближний Восток — один из наиболее важных регионов для российской стратегии. Здесь сосредоточены огромные ресурсы нефти и газа, регион непосредственно примыкает к нашему южному «подбрюшью». Поэтому одна из ключевых задач Москвы состоит в том, чтобы иметь здесь надёжного союзника. К сожалению, за последние пятнадцать— двадцать лет мы большинство союзников растеряли, особенно на Ближнем Востоке. Поэтому Сирия для нас так важна — это фактически единственный сегодня наш реальный союзник в арабском мире. Причём не конъюнктурный. На фоне многих негативных и для СССР, и для России процессов, которые происходили в этом регионе, сирийцы всегда демонстрировали верность своим союзническим обязательствам. Например, Тартус — это сейчас единственный порт в Средиземном море, способный обслуживать интересы российского ВМФ.

Шамиль Султанов, президент Центра стратегических исследований «Россия — исламский мир»