Предатель революции Лев Троцкий

Предатель революции Лев Троцкий

Этот человек, которого Ленин называл «выдающимся вождем», был одной из самых ярких и противоречивых личностей из числа тех, кто руководил российским революционным движением, строительством и защитой первого в мире «государства рабочих и крестьян».

Лейба Бронштейн (Лев Давидович Троцкий) родился 25 октября (7 ноября) 1879 года в селе Яновка Елисаветградского уезда Херсонской губернии. Его отец, Давид Леонтьевич, из числа еврейских колонистов, арендовал в тех краях 400 десятин (около 440 га) земли. Хозяйствовал он успешно, а вот читать выучился только к старости. Мать, Анна, происходила из городских мещан.

Языками детства Троцкого были украинский и русский, идишем он так и не овладел. Учился Лейба в реальном училище в Одессе и Николаеве, где был первым учеником по всем дисциплинам. Увлекался рисованием, литературой, сочинял стихи, переводил басни Крылова с русского на украинский язык, участвовал в издании школьного рукописного журнала. В 1896 году в Николаеве Лейба, сменивший имя на Лев, вошел в кружок любителей научной и популярной литературы. Поначалу он сочувствовал идеям народников и яростно отвергал марксизм, считая его сухим и чуждым человеку учением. Уже в тот период проявились многие черты его личности — острый ум, полемический дар, энергичность, самоуверенность, честолюбие, склонность к лидерству. Вместе с другими членами кружка юный Бронштейн занимался политграмотой с рабочими, писал прокламации, издавал газеты, выступал на митингах.

В январе 1898 года его арестовали вместе с несколькими единомышленниками. Во время следствия Лев изучал английский, немецкий, французский и итальянский языки, используя в качестве подручного средства… Евангелия. Начав штудировать труды Маркса, он стал фанатичным приверженцем его учения, познакомился и с работами Ленина. Был осужден и приговорен к четырехлетней! ссылке в Восточную Сибирь. Находясь под следствием в Бутырской тюрьме, вступил в брак с соратницей по революционной деятельности Александрой Соколовской. При побеге из иркутской ссылки он вписал в фальшивый паспорт свою новую, позаимствованную у надзирателя одесской тюрьмы фамилию — Троцкий. Именно как Троцкий он и стал известен всему миру.

Прибыв в Лондон, Троцкий сблизился с жившими в эмиграции лидерами русской социал-демократии. По предложению Ленина, высоко оценившего его способности и энергию, был кооптирован в редакцию «Искры».
Летом 1903 года Троцкий участвовал во II Съезде Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). После съезда вместе с меньшевиками обвинил Ленина и большевиков в диктаторстве и разрушении единства социал-демократии. Однако осенью 1904 года между лидерами меньшевизма и Троцким также разгорелся конфликт по вопросу об отношении к либеральной буржуазии, и он стал «внефракционным» социал-демократом, претендуя на создание течения, которое стояло бы выше большевиков и меньшевиков.

Когда в России началась революция 1905 года, Троцкий нелегально возвратился на родину. В октябре стал заместителем председателя, потом председателем Петербургского Совета рабочих депутатов. А в декабре вместе с Советом был арестован.

В 1907 году Троцкий был приговорен к вечному поселению в Сибирь с лишением всех гражданских прав, но по пути к месту ссылки снова бежал. С 1908 по 1912 год он издавал в Вене газету «Правда» (это название позднее позаимствовал Ленин), в 1912 году пытался создать «августовский блок» социал-демократов. К этому периоду относились его наиболее острые столкновения с Лениным.

Узнав о Февральской революции 1917 года, Троцкий в мае прибыл в Россию и занял позицию резкой критики Временного правительства. В июле примкнул к большевикам и вступил в РСДРП(б), выступал как публицист на заводах, в учебных заведениях, в театрах, на площадях. Троцкий фактически руководил октябрьским вооруженным восстанием. После прихода большевиков к власти он стал наркомом иностранных дел. На пост наркома по военным и морским делам и председателя Революционного военного совета республики Троцкий был назначен в начале 1918 года. На этом посту он показал себя талантливым и энергичным организатором. Троцкий проделал большую работу по привлечению в Красную армию бывших царских офицеров и генералов («военспецов») и защищал их от нападок некоторых высокопоставленных коммунистов. В 1920 — 1921 годах Троцкий одним из первых предложил мероприятия по сворачиванию военного коммунизма и переходу к НЭПу.
Перед смертью Ленина и особенно после нее среди вождей большевиков разгорелась борьба за власть. Троцкому противостояло заподозрившее его в диктаторских, бонапартистских замыслах большинство партийных руководителей во главе с Зиновьевым, Каменевым и Сталиным.

Противники Троцкого, проявив большую решительность, беспринципность и хитрость, спекулируя на теме его прежних разногласий с Лениным, нанесли сильный удар по авторитету Троцкого. Он был смещен с занимаемых постов; его сторонники вытеснены из руководства партии и государства. Взгляды Троцкого («троцкизм») были объявлены враждебным ленинизму мелкобуржуазным течением.

В середине 1920-х годов Троцкий, к которому присоединились Зиновьев и Каменев, продолжал выступать с резкой критикой советскою руководства, обвинив его в предательстве идеалов Октябрьской революции, в ТОМ числе в отказе от осуществления мировой революции. Троцкий требовал также восстановления внутрипартийной демократии, укрепления режима диктатуры пролетариата и наступления на позиции нэпманов и кулаков. Однако большинство партии вновь приняло сторону Сталина.

В 1927 году Троцкий был выведен из состава Политбюро ЦК, исключен из партии и в январе 1928 года сослан в Алма-Ату, а на следующий год по решению Политбюро его выдворили за пределы СССР. Он неустанно критиковал политику советского руководства, разоблачал «авантюризм и жестокость индустриализации и коллективизации», опровергал утверждения официальной советской пропаганды и советской статистики. В 1935 году Троцкий закончил свой наиболее важный труд по анализу советского общества — «Преданная революция», где вскрыл противоречия между интересами основного населения страны и бюрократической касты во главе со Сталиным.
В конце 1936 года Троцкий обосновался в Мексике, где поселился в доме известного художника Диего Риверы, а затем — на укрепленной и тщательно охраняемой вилле в городе Койокан. Превратившись в «кой-оканского затворника», Троцкий трудился над книгой о Сталине, в которой охарактеризовал своего героя как роковую для социализма личность. А после того как в 1937 — 1938 годах в СССР прошли громкие судебные процессы против оппозиции, на которых заочно судили и его самого, Троцкий много внимания уделял разоблачению их как сфальсифицированных.

Все это время советские спецслужбы держали Троцкого под пристальным наблюдением, вербуя агентов среди его ближайших сподвижников. В 1938 году, при странных обстоятельствах, в парижской больнице умер после операции его самый близкий и неутомимый соратник — старший сын Лев Седов. В это же время из Советского Союза доходили известия не только о беспримерно жестоких репрессиях против «троцкистов». Были арестованы и впоследствии расстреляны его первая жена и его младший сын Сергей Седов. Обвинение в троцкизме стало в СССР самым страшным и опасным.

В 1939 году Сталин отдал приказ о ликвидации своего давнего врага.

А еще раньше, летом 1938 года, в Париже появился обаятельный молодой мужчина, «мачо», как сказали бы теперь, — бельгиец по имени Жак Морнар. Там его вскоре познакомили с гражданкой США, русской по происхождению, Сильвией Агелоф (Агеловой), ярой троцкисткой. Невыразительной внешности, не избалованная вниманием мужчин, к тому же старше своего нового знакомого на несколько лет, Сильвия увлеклась им не на шутку. Тем более что он старательно изображал из себя приверженца троцкизма, водил ее по ресторанам и театрам, не стесняясь в средствах, а главное — обещал Сильвии на ней жениться. Агелова представила возлюбленного своей сестре Рут, работавшей секретарем у Троцкого и курсировавшей между Парижем и Мехико. Внешность и безукоризненные манеры «бойфренда» Сильвии произвели огромное впечатление и на Рут.
Ну а кем же был в действительности этот обаятельный и состоятельный ухажер?

Под именем Жака Морнара скрывался испанец Хайме Рамон Меркадер дель Рио Эрнандес. Он родился в 1913 году в довольно состоятельной семье, где кроме него было еще четверо детей. Во время гражданской войны в Испании, продолжавшейся с июля 1936 по март 1939 года, Эустасия Мария Каридад дель Рио, мать Рамона, развелась с мужем, вступила в испанскую коммунистическую партию и стала сотрудницей агентуры советского ОГПУ. Вскоре Каридад вместе с детьми перебралась в Париж.

Что касается Рамона, то после окончания учебы в лицее он служил в армии, участвовал в молодежном движении, в 1935 году был арестован, но вскоре освобожден пришедшим к власти правительством испанского Народного фронта. Во время войны он воевал на стороне республиканцев в чине лейтенанта (по другим данным — майора).
К сотрудничеству с ОГПУ Каридад привлек скончавшийся в конце 90-х годов Наум Исаакович Эйтингон (он же Наумов, Котов, Леонид Александрович}, один из тогдашних руководителей советской резидентуры в Испании (по одной из версий, цепочку вербовки Эйтингон начал с того, что сделал Каридад своей любовницей). При содействии Каридад был завербован и ее сын.

После трех счастливых месяцев романа с Жаком Морнаром Сильвия Агелоф в феврале 1939 года возвратилась на родину, в США. Месяца через три туда же прибыл «по делам кинобизнеса» и Жак, но… уже как канадец Фрэнк Джексон. Свое превращение он объяснил желанием избежать призыва на военную службу. А «почти настоящий» паспорт ему изготовили в Москве, в специальной лаборатории НКВД, используя документы погибшего в Испании канадского добровольца. Новый паспорт Рамону, теперь уже Фрэнку, вручил в Париже весной 1939 года все тот же Эйтингон.

Вскоре после приезда в США Рамон перебрался в Мехико и обосновался там, а в начале 1940 года вызвал к себе Сильвию. Через некоторое время Сильвия сумела устроиться работать у Троцкого в качестве секретаря. Это произошло достаточно легко, потому что раньше у него работала ее родная сестра Рут, которую так очаровал в Париже Меркадер-Морнар-Джексон.

Льву Давидовичу понравилась скромная, малозаметная и непривлекательная молодая женщина, готовая помогать ему во всем: стенографировать, печатать, подбирать материалы, делать вырезки из газет, выполнять разнообразные мелкие поручения. А кроме того, Сильвия владела языками — английским, французским, испанским и русским.

Когда Эйтингон узнал, что Сильвия стала работать у Троцкого, он был очень доволен: начало процессу «внедрения» было положено.

Поскольку Сильвия жила в гостинице «Монтехо» вместе с Рамоном, он вскоре стал «подбрасывать» ее на работу на своем элегантном «бьюике». Щегольски одетый коммерсант выходил из машины, открывал дверцу, помогал Сильвии выйти, целовал ее в щечку и махал на прощание рукой. Нередко он и приезжал за ней. Охранники, сменявшие друг друга у ворот «крепости» Троцкого, постепенно привыкли к красивому, высокому, улыбающемуся «жениху» Сильвии. Постепенно он стал для охраны своим человеком.

Однажды Рамону пришлось подвезти в центр Мехико супругов Росмеров — близких друзей Троцкого и его жены, Наталии Ивановны Седовой, приехавших к ним из Франции погостить. После этого Росмеры говорили Троцкому, что у Сильвии «очень симпатичный, приятный жених». С помощью Маргариты Росмер Рамону удалось побывать и на территории «крепости»: она, объехав столичные магазины, просила «приятного молодого человека» занести покупки в дом. Побывав в доме, Меркадер подтвердил данные советского агента-женщины (внедренной ранее в штат прислуги) относительно расположения комнат, дверей, наружной сигнализации, о запорах и т. д.
Здесь следует сказать, что Меркадер рассматривался в качестве потенциального убийцы Троцкого как дублер тех террористов, которые должны были совершить покушение первыми. Его организатором и руководителем был известный, впоследствии прославившийся на весь мир, мексиканский художник Альфаро Сикейрос. Команда «приступить к ликвидации» была дана, разумеется, из Москвы.

Рано утром 24 мая 1940 года группа «неизвестных» в форме полицейских разоружила охрану и атаковала дом, где жил Троцкий.

«Мы, участники национально-революционной войны в Испании, — писал впоследствии Сикейрос, — сочли, что настало время осуществить надуманную нами операцию по захвату так называемой крепости Троцкого в квартале Койокан».

Нападавшие буквально расстреляли комнату, где прятались Троцкий, его жена и внук. Но те успели забиться в угол, за кровать. Несколько десятков пробоин от пуль оказалось на том месте, где они только что находились. Никто из них не пострадал.

Самому Сикейросу после этого покушения пришлось долго скрываться, он сидел в тюрьме, был в изгнании. Спустя годы у него хватило мужества признать: «Мое участие в нападении на дом Троцкого 24 мая 1940 года является преступлением».

Известие о неудаче вызвало ярость Сталина. Всем организаторам операции пришлось выслушать немало гневных слов вождя. Теперь ставка была сделана на дублера — боевика-одиночку Меркадера-Джексона.
В мае 1940 года ему удалось наконец лично познакомиться с Троцким. После этого он эпизодически бывал в Койокане и в частных разговорах давал понять, что ему симпатична политическая позиция большевика-изгнанника. Постепенно Джексон сумел войти к нему в доверие.

Как-то в середине августа он попросил Троцкого выправить его статью по какому-то мелкому вопросу. Троцкий высказал несколько замечаний. Вечером 20 августа Джексон вновь пришел с уже поправленной статьей, прошел в кабинет Троцкого и попросил его просмотреть текст. Тот отложил в сторону рукопись второго тома своего монументального труда «Сталин», взял листки со статьей Джексона и стал ее читать.
Что было дальше, Джексон впоследствии рассказал на суде.

Он положил на стул свернутый плащ, который до этого момента держал на руке, достал из-под него альпинистский ледоруб и, закрыв глаза, со всей силой обрушил его на голову читающего Троцкого. Раздался ужасный, пронзительный вопль…

На крик вбежали охранники, схватили Меркадера и начали его избивать, но Троцкий смог еще произнести: «Не убивайте его! Пусть он скажет, кто его послал…»

Предатель революции Лев Троцкий

Когда террориста обыскали, то кроме ледоруба у него обнаружили также пистолет и кинжал.

После покушения Троцкий прожил в больнице еще 26 часов. Несмотря на все усилия врачей, спасти его не удалось.
Похороны состоялись через несколько дней. За это время у гроба с телом Троцкого побывало свыше 30 тысяч человек. Даже те, кто не разделял его коммунистических убеждений, отдали дань уважения этому неистовому революционеру. Он был кремирован и похоронен в саду своей виллы. Здесь и сейчас находится его музей.

Видео в тему:

Лев Троцкий. Тайна мировой революции

Лев Давидович Бронштейн, более известен всем как Троцкий, являлся одной из самых зловещих фигур в истории России ХХ века. Это не без его участия в Российском Государстве произошли трагические события: государственный переворот, названный «пролетарской революцией», Брест-Литовский мир со всеми последствиям, Гражданская война, «красный террор» и разграбление всей страны.
Сенсационный документальный политический детектив опровергает традиционные представления о том, что происходило в России накануне и вскоре после отречения Николая II, о вождях и вдохновителях октябрьского переворота и иностранной интервенции, об отношениях внутри большевистской верхушки – и о неизвестных ранее обстоятельствах высылки Троцкого из СССР.
Авторы, используя уникальные документальные материалы и зарубежные исследования, впервые на экране «вскрывают» тайные связи «Красного Бонапарта» с банковским интернационалом, чьим стратегическим замыслам служил Троцкий.

Лейба Давидович Троцкий-Бронштейн, который стремился к развалу величайшей в мире державы — России, — говорил о России:
«Мы должны превратить ее в пустыню, населенную белыми неграми, которым мы дадим такую тиранию, которая не снилась никогда самым страшным деспотам Востока. Разница лишь в том, что тирания эта будет не справа, а слева, и не белая, а красная. В буквальном смысле этого слова красная, ибо мы прольем такие потоки крови, перед которыми содрогнутся и побледнеют все человеческие потери капиталистических войн. Крупнейшие банкиры из-за океана будут работать в теснейшем контакте с нами. Если мы выиграем революцию, раздавим Россию, то на погребальных обломках ее укрепим власть сионизма и станем такой силой, перед которой весь мир опустится на колени. Мы покажем, что такое настоящая власть. Путем террора, кровавых бань мы доведем русскую интеллигенцию до полного отупения, до идиотизма, до животного состояния…»